ВЫЛЕЧЕННЫЙ РАК МОЛОЧНОЙ ЖЕЛЕЗЫ

У меня была пациентка со злокачественной опухолью груди. Это была первая ее встреча с раком, и она ее убивала. Во время посещения ее дома, когда она вела меня по коридору, после того, как я увидел ее спальню, я заметил запертую дверь. Я попросил, чтобы она открыла ее, а женщина сказала: "О, нет. Я не открывала эту комнату уже много лет". "Тем больше причин все-таки ее открыть" — подумал я, и попросил, чтобы она достала ключ. Она сделала это совсем неохотно, и я понял, что тут что-то есть.

Когда я наконец заставил ее открыть дверь, то обнаружил комнату, похожую на детский музей, застывший во времени, довольно пугающий — детская мебель, игрушки, игры и все такое. Большая часть этих вещей была закрыта покрывалами. Я попросил, чтобы она объяснила что это, и она мне сказала, что это комната ее дочери, умершей еще ребенком несколько лет назад. Я полагаю, что ребенку было приблизительно 8. Я мог видеть, когда был в комнате, что этой женщине было чрезвычайно больно здесь находиться.

Я слышал, как люди говорят, что родитель никогда не должен переживать своих детей, и как родителем, я могу полностью понять эту логику. Родитель никогда не готов иметь дело со смертью своего ребенка. Но я мог видеть, что эта комната была для нее ее непогребенным ребенком, могилой, и она должна была ходить мимо нее много раз каждый день, и я могу вообразить, какое горе, гнев, печаль и ад проходили в этот момент через ее разум и тело. И я знал, что эта комната должна исчезнуть.

Мы сели, и я сказал ей, что эта комната должна быть демонтирована, открыта, вычищена и превращена во что-то новое. Она спросила меня, что она должна сделать со всеми вещами ее дочери, а я сказал, что она должна их выбросить. Она начала плакать и смотрела на меня так, как будто я был психически больным. Грудь женщины предназначена для вскармливания детей, так что в этот момент я не только точно знал, что она должна была это все выбросить, но она должна была сделать это СЕЙЧАС ЖЕ, и я ей так и сказал.

Я был довольно убедителен. В конце концов — это был вопрос жизни или смерти. Я заставил ее вынести и вытянуть все на задний двор к большому мусорному контейнеру. Какое это было зрелище. Она это делала с истеричными рыданиями, соплями, слюнотечением и рвотными позывами. На второй ходке у нее вдруг появилась невероятная, очень острая боль в груди, и потом удвоилась. Она сказала, что это была худшая боль, которую она когда-либо чувствовала в той груди. Я сказал ей продолжать, и это заняло у нее большую часть дня. Был момент, когда она упала на дорогу и ободрала обе коленки до крови, а я только просто позволил ей лежать там и плакать. Я говорил это и раньше: сочувствие(sympathy) находится в словаре между дерьмом^к) и сифилисом (syphilis), и я НИКОГДА не видел, чтобы оно кому-то помогало излечить себя, НИКОГДА.

Я не совсем садистский ублюдок, но я действительно позволял ей корчиться в своем опыте. Я не хотел что-либо уменьшать. Фактически, я был там, чтобы этот процесс продолжался и я бы подталкивал ее вперед.

Вобщем, оказалось, что это был абсолютный поворотный момент для этой женщины. Она продолжала эмоционально хоронить свою дочь, а также лечить рак ее молочной железы. Я время от времени с ней разговариваю, и она с возрастом поправляется, и ее рак никогда больше не возвращался.

Отметьте: истории моих пациентов часто показывали, что у людей, которые заболевают раком, почти всегда есть некоторый ужасный опыт во время предыдущих двух лет до того, как появился рак, опыт, с которым они не могли справиться.

ВЫВОД…

Выброс мусора, избавление от накопленных токсических отходов в Вашей жизни, столь же заживляющий, как и

ИЗБАВЛЕНИЕ ОТ ТОКСИЧЕСКОГО МУСОРА В ВАШЕМ ТЕЛЕ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *